Социальная активность

image

     Иногда в нашей критике делаются попытки предста­вить того или иного героя как человека будущего. Примером такой трактовки может служить статья В. А. Ковалева «Дума о человеке будущего» Речь в ней идет о повести В. Кожевникова «Знакомьтесь, Балуев».

     В. Ковалев отмечает такие черты будущего человека в Балуеве, как «производственная ревность» (вид «беско­рыстного тщеславия»), понимание труда как творчества, неотделимости красоты от труда, взаимосвязь личных качеств человека с его производственными данными и т. д. Конечно, вся эта проблематика есть в повести В. Кожевникова, но именно как проблематика.

     Пробле­мы, включенные в повесть, не вмещаются в рамки чисто художественного решения, поэтому автору приходится «дополнять» разъяснение этих проблем многочисленными публицистическими отступлениями: «…она (производст­венная ревность) надолго останется в коммуни­зме как наследие социалистического прошлого, и комму­нистическая общественность, несмотря на всю свою сверх­высокую сознательность, медленно и с сожалением будет расставаться с таким азартным стимулом труда». «…Если человек умеет работать для собственного удовольствия, испытывая самозабвенное наслаждение от своего труда, то можно считать, что он уже стоит одной ногой в ком­мунизме».

     «Более непокорного, этакого самостоятельно мысля­щего индивидуума, совершенно непригодного для бездуш­ного подчинения, чем советский человек, нет на планете. И у каждого, видите ли, свой характер, своя мечта, не­обычайно высокое чувство достоинства и негасимая гор­дость в глазах. Каждый считает себя лично ответствен­ным за выполнение плана. Ну, пожалуйста, пусть бы по своей части производства! Так нет, по всей стране и попутно за судьбу человечества в целом».

     Такими публицистическими отступлениями автор ча­сто прерывает изобразительные сцены, раскрывающие характер героев, чтобы сказать о них прямо то, что скры­вается за внешней оболочкой образов, что читатель дол­жен был понять и почувствовать сам.

    Даже В. Ковалев, считающий, что художественная сила повести, ее художественный потенциал — в «публи­цистической заостренности, в том душевном волнении, которым автор умеет «заражать» читателя, в богатых мыслями остроумных комментариях к изображаемым со­бытиям», вынужден признавать, что «иногда писатель слишком «разжевывает», поясняет то, что понятно и без этого».

     Однако В. Ковалев считает публицистический пласт повести выражением авторского голоса, авторской «субъ­ективности», что художественно обогатило произведение. Если суммировать выводы его статьи «Дума о человеке будущего», то человек будущего в повести представлен следующим образом.


Полиморфноклеточная саркома

Теги: